Стресс, страх, тревога — Кто поможет решить проблему психического здоровья в период ковида

В августе этого года 47-летний ковидинфицированный пациент пытался покончить жизнь самоубийством в больнице Батуми. Подобные инциденты случались и раньше в Грузии. Каждый такой случай вызывает вопросы о серьезности проблем психоэмоционального состояния, с которым люди сталкиваются в борьбе с коронавирусом.

Пандемический кризис по-разному повлиял на психику переболевших ковидом. Некоторым удалось справиться с ним самостоятельно несмотря на тяжелую форму протекания болезни. Других сильно угнетала изоляция и неопределенность. Есть и такие кто даже не успел попрощаться с погибшими от вируса дорогими им людьми.
Пережитое по-разному влияет на психоэмоциональное состояние людей и увеличивает необходимость в получении соответствующих услугах поддержки. Многие частные организации в Грузии пытаются предоставлять подобные услуги гражданам, но эксперты в этой области считают, что государство должно быть более активным в этом отношении.

«У меня были довольно сильные галлюцинации, периодически я отключалась»

Тамуна Тандашвили второй раз заразилась ковидом в конце июля этого года. Из опыта, полученного при первом заражении, ей уже было известно, что вирус отрицательно влияет на трудоспособность и создает «довольно удручающий психоэмоциональный фон», для которого характерны повышенная утомляемость, навязчивые идеи, негативные мысли, чрезмерная раздражительность.

При первом заражении Тамуна лечилась дома. Но второй раз, болезнь протекала в более сложной форме. Ее положили в реанимационное отделение. Страх, что ее состояние ухудшится, усугублялся наличием сопутствующего заболевания.

«Сопутствующим заболеванием в моем случае был диабет, и я знала об одном случае, который закончился летально. У меня не было примера преодоления подобной ситуации [другим человеком]. Поэтому с самого начала, я чувствовала страх и растерянность», — сказала она.

Как рассказывает Тамуна, на фоне высокой температуры и недостатка кислорода, помимо чувства страха она также стала испытывать острые галлюцинации. Которые повторялись в разных формах. И это, по ее словам испытывали и другие пациенты:

«Мне казалось, что мне 4 года, я нахожусь в детском саду и хочу съесть, чужую булочку с вареньем. Потом мне казалось, что я студентка и у меня дедлайн, и что у меня долги, и я должна выплатить их биткойнами … Я совершенно вышла из стоя.

[Другой пациентке] Инессе казалось, что черный пакет начал ходить. С нами лечился представитель духовенства, он тоже рассказывал, что видел странные галлюцинации. Рядом в палате лежал пациент, который громко говорил о какой-то воровской сходке. Многие пациенты тогда говорили, что после инфицирования этим штаммом у них были галлюцинации, что ведет к энцефалиту [воспаление головного мозга], как нам объяснили медицинским языком».

Тамуна Тандашвили

Первые 20 дней после заражения Тамуна не могла говорить. По ее словам, сначала она не хотел обременять людей своей историей, но после того, как телефонные звонки участились, она решила периодически писать в соцсети о своем состоянии и о том, что может произойти, если люди вовремя не вакцинируются.

Кто и как помог Тамуне и другим пациентам справиться с тяжелым психоэмоциональным состоянием? По ее словам, очень позитивную роль для нее сыграла поддержка со стороны родственников или совершенно незнакомых людей в виде комментариев, рукописных писем или в форме подарков.

По словам Тамуны Тандашвили, в клинике не было специальной службы по оказанию психологической помощи пациентам, однако она отметила, что этой функцией наделили медперсонал:

«Я не могу сказать, что такая ситуация везде, но там, где я была, было очень человечное и вселяющее надежду отношение. Все стараются сделать так, что бы ты не испытывал страх, поддерживают. Тон, подход, лексика, отношение… Это все имеет очень большое значение.
В приемном [отделении] может и не быть такой картины. Но, из собственного опыта, могу сказать, что в реанимации точно понимают, насколько важно не только лечение, но и то насколько человек настроен одолеть болезнь. Как видно, руководство уделяет большое внимание отношению к пациентам, например, то что называют ободряющей беседой.

С другой стороны, добавляет она, были пациенты, которые не почувствовали поддержку извне — от родственников или друзей, и несмотря на усилия врачей, это негативно сказалось на их психике.
Сейчас, когда она проходит постковидную реабилитацию, Тамуна отмечает, что помощь психолога важна как до ухудшения состояния, так и после того, как пациент пошел на поправку. В первом случае потому, что человек смог контролировать свое состояние, во втором — чтобы нивелировать психологическую травму, полученную в процессе болезни.

«Почти каждый пациент, которого я знаю, и который находится в постковидном периоде, говорит, что у него депрессия. Потеряна память, восстановление которой происходит очень медленно. Снижена способность работать, и у вас больше нет энергии …
Я, например, увидела столько смертей, что не знаю как это уляжется в моем сознании и как это отразиться в будущем. На данный момент у меня нет этого депрессивного настроя. Я очень благодарена за то, что я осталась жить».

Что говорят просящие о помощи

Вскоре после начала пандемического кризиса в стране начали работать несколько психологических служб, большинство из которых были результатом частной инициативы.

Среди них горячая линия по оказанию кризисной психологической помощи — 2 911 000 человек, разработанный ассоциацией «Ндоба» («Доверие»). В этом случае в процесс было вовлечено государство: в частности, Центры по контролю за заболеваниями, которые сотрудничают с ассоциацией.

По словам психолога и генерального директора «Ндоба», Наны Агапишвили, тяжелая форма вируса оказывает значительное влияние на психическое здоровье, однако, поскольку все люди индивидуальны, и при легкой форме ковида могут возникнуть трудности.

«Это может быть легкая форма, но когда ты знаешь, какие осложнения вызывает ковид, что возможно состояние ухудшится потребоваться интубация, и что все это вообще может закончится летальным исходом, это вызывает серьезное беспокойство, большой страх и нарушение сна», — рассказывает Нана Агапишвили Netgazeti.

По ее словам, психологическая поддержка одинаково важна для ковид инфицированных на всех этапах. Пример тому — звонки на горячую линию из поликлиник:

«Они борются за физическое выживание, но ведь физическое и психическое неразделимы? У них бессонница, повышенная тревожность, они испытывают безнадежность, боятся, что ситуация ухудшится и так далее.

Человек в состоянии болезни, помимо медпроверок и других процедур, также нуждается в беседе, ему приятно если кто-то спросит о его проблемах, эмоциях, мыслях …

Конечно, медперсонал обращает на это внимание, но они сейчас настолько заняты, что у них, вероятно, мало времени на это, а эта необходимость очевидна».


Нана Агапишвили

Нана Агапишвили считает, что граждане, потерявшие членов семьи, родственников или друзей из-за пандемии, также нуждаются в психологической поддержке, ведь они не могут даже попрощаться с близкими и дорогими им людьми:

«В такие моменты, когда человек не может быть с [любимым человеком] в последнюю минуту, чтобы увидеть или услышать голос. Я знаю много семей, которые оказались в такой ситуации. И еще одно: неоднозначная потеря. Когда человек не видел тела умершего, возникает ощущение, что тот еще жив. Так часто бывает, например, в случае гибели во время войны.

То есть людям, возможно, придется поработать над принятием смерти, в такой ситуации, при таком высоком количеством смертей. Мы должны думать и об этом».

Клуб «Синергия» также предлагает гражданам удаленную психологическую помощь посредством телефонных и видеозвонков. Желающие могут позвонить по телефонам: 599 807 021; 599 807 024.

Однако до пандемического кризиса организация предоставляла аналогичные услуги только для людей в возрасте от 14 до 25 лет. В настоящее время верхний возрастной критерий снят.
000

Как сообщила Netgazeti директор клуба Кетеван Пилаури, в период пандемии количество обращений граждан увеличилось, а темы их запросов изменились:

«В отличие от доковидного периода, сейчас наибольшее беспокойство вызывает у людей изменения в привычном образе жизни, страх заражения, а также страх заразить любимого человека.

Я могу сказать это не только на примере нашей службы, исследования также показывают, что основными факторами стресса являются изоляция и ограничения связанные с ковидом.

Тот факт, что люди больше интересуются услугами психоэмоциональной поддержки, чем когда-либо прежде, можно увидеть в статистике Facebook платформы психического здоровья — «Ghia» («Открыто»). Платформа стремится простым путем объяснять психообразовательные материалы.

По словам представителя «Ghia» Тико Цомая, во время пандемии количество подписчиков страницы платформы в Facebook увеличилось с 8000 до 48000. По ее словам, это показывает, что людям нужна подобная информация.

«Этот поток не уменьшается. Они нам пишут, им всем нужна какая-то информация. Сам по себе психолого-образовательный ресурс является терапевтическим. Эта информация поможет вам узнать, нужна ли вам более конкретная помощь и конкретные услуги.

Человеку нужно разобраться в своей проблеме, идентифицировать. Из-за стигмы они также не знают, что эти услуги им необходимы; Они также не знают, когда пользоваться этими услугами. Есть много нюансов, — объясняет Тико Цомая.


Тико Цомая

Что делает и что должно делать государство

Услышав этот вопрос, нас перевели из Центра по контролю заболеваний Грузии в Министерство здравоохранения. В ведомстве нам сообщили, что врачи, которые лечат пациентов, также обучены оказывать им психоэмоциональную поддержку.

Министерство также проинформировало нас, что некоторые частные клиники, работающие в Грузии, реализуют программу отслеживания здоровья в постковидный период.

В их число входит сеть клиник «Эвекс», которая еще в апреле сообщила, что данную программу под эгидой Евросоюза осуществляют в нескольких городах. Кавказский медицинский центр, входящий в сеть, бесплатно предлагает «услуги терапевта и групповые психологические сеансы» для граждан, перенесших ковид.

Специалисты, опрошенные Netgazeti, говорят, что государству предстоит еще многое сделать в этом направлении.

«Центры по контролю за заболеваниями профинансировали горячую линию психологической помощи при заражении ковидом. Но, во многих случаях может потребоваться даже медицинское вмешательство. Во время лечения в клинике необходимо усилить поддержку инфицированных. На месте должны работать специалисты. Когда панические атаки достигают очень высокого уровня, нет времени уделять пациенту 1 час терапии, однако ему это необходимо».

Сами больницы признают, что учреждения переполнены, а медицинский персонал очень устал от напряженного рабочего графика, потому что им приходится бороться, чтобы спасти жизни.

На этом фоне государство заявляет, что единственное, что они делают, чтобы позаботиться о психоэмоциональном состоянии других пациентов, — это переподготовить существующий медицинский персонал, который, помимо физического состояния пациентов, также обязывают позаботиться о психическом здоровье пациента.

Комментарии в Facebook

NewsTbilisi

Информационное агентство NewsTbilisi было создано в 2015 году для объективного освещения политических и социально-экономических процессов на Евразийском континенте.